Главная Контакты Карта
Форум ТВ программа
05 апреля, пятница
Прогрессия. Главное Общественный прогресс Твой край, твоя планета Прогрессивный досуг Здоровье Культурный прогресс Спецвыпуск-приложение ПРОГРЕСС Спорт Слово редактора
  

Чудак, художник, филантроп

Продолжение. Начало в № 5

Об умении летать

– А хочешь, я расскажу тебе сказку о том, как божьи коровки летать научились? – обратился Роман Малахов к маленькой дочке корреспондента газеты Приморского регионального отделения Союза машиностроителей России.

– Хочу.

– Ну, слушай. Жила-была маленькая божья коровка по имени Тана. А почему божьих коровок называют божьими? Потому что они живут небом. Под солнышком божьи коровки разводят стада тли, которой питаются.

И вот решила Тана сделать что-то очень важное для всех божьих коровок. А надо сказать, что божьи коровки никогда до этого случая не покидали цветочков, по которым они ползали и где ощущали себя очень хорошо. Ползали, но не летали.

У Таны были товарищи – Тик и Кину. И Тана говорит: "Друзья, у меня есть предложение: давайте сделаем для всех важное открытие. Что в нашем лесу самое замечательное?" Тик говорит: "Большое дерево". Она говорит: "Неправильно, самое главное в нашем лесу – это солнце". Тик и Кину согласились. И решили божьи коровки добраться до солнца. Они насушили сухариков, взяли медикаментов и отправились в путь-дорогу.

Поползли они по самому большому дереву, потому что, конечно, именно там и пролегала дорога к солнцу. Солнце – это маленькое отверстие в другой мир, думали божьи коровки.

Поднимаются они по коре, кругом – "ущелья" и "горы". Тик говорит: "Пойдемте сходим на эту веточку". А там – видимо-невидимо тли. Тик быстро сделал шашлычок и предложил Кину и Тане переселить сюда всех друзей и родственников. И остаться всем вместе жить на этой ветке. "Цивилизация поднимется еще на одну веточку", – убеждал он. Тана говорит: "Но у нас же цель – подняться на вершину самого высокого дерева".

Пошли они дальше. Идут, и им кажется, что планета растет вверх вместе с деревом. И тут навстречу появляется паук и говорит: "Кто такие?! Я здесь хозяин". Тана отвечает откровенно: "Мы идем к солнцу, просто к солнцу – и все. У нас идея дойти до обеда". Паук сказал, что они глупцы.

Поползли божьи коровки дальше, и вдруг на них упала тень от птицы. Удар слева, удар справа – как взрывы бомб. Тана кричит: "За мной!" Вместе с Кину им почти удалось скрыться в глубоком ущелье коры. Но птица прицелилась схватить Тика. И тут паук привлек внимание птицы, повиснув на паутине, как на стропах. "Идите дальше, я справлюсь!" – заверил путешественников он.

"Какой благородный паук, а мы о нем плохо думали", – сказала, после того как они отползли подальше, Тана. Тик стал жаловаться на больную лапку, которую повредила птица. Друзья наложили ему лангетку, сделали из веточек костыли, оставили продуктов и, обещав забрать его на обратном пути, двинулись дальше.

Между тем Тик задумал вернуться на ту ветку, где жила колония тли. Потихоньку, осторожно опираясь на оставленные друзьями костыли, он стал спускаться на благодатную ветку. Шаг за шагом – и вот она, веточка благополучия. Так Тик исчез из жизни путешественников.

Тана и Кину тем временем двигались вверх. И тут налетела туча. Кину говорит: "Надо идти под навес". Тана отвечает: "Мы должны двигаться вперед". И божьи коровки немного ссорятся. Но идут по пути, предложенному Таной. И оказалось, что прав был Кину: из-за тучи они не увидели, что двигались не по стволу, а по боковой ветке. И им пришлось возвращаться. И тут пошел очень сильный дождь, а это уже не шутки: капли размером больше самих коровок. Ветер стал раскачивать ветки. Но упорные первопроходцы двигались дальше. И тут капля бухнулась прямо под лапки Кину, сбив его. Кину полетел вниз, еще доля секунды – и он разбился бы. Но Тана, зацепившись задними лапками за веточку, схватила товарища своими передними лапками. Ветер стал раскачивать их. Кину говорит: "Друг мой, оставь меня, иначе мы упадем вместе. Ты дойдешь до солнца". И Кину, разжав свои лапки, полетел вниз.

Тана, которую уже нисколько не волновали бомбы дождя, села на ветку и задумалась. Но тут вдруг внезапно прекратился дождь. И радуга – на все небо. А божьи коровки не видят радугу. Но она понимала, что происходит что-то очень важное, и надо идти дальше. Так она добралась до самой верхней веточки самого высокого дерева. Ветер раскачивал веточку, а солнце казалось очень маленьким кругом вдали. И Тана обратилась к нему: "Солнце, где же вход внутрь?" Но солнце оставалось безмолвным. Оно спокойно продолжало светить. Тана упала духом: она потеряла Тика, Кину. А что получила?.. И тут ее начало как будто разрывать изнутри – от переживаний из-за потери друзей и мечты. Что с ней происходило дальше, она осознала чуть позже – в полете. Да-да, она летела. Под панцирем у нее, оказывается, все это время были крылья, о которых никто не знал.

Приземлилась она недалеко от того места, где жила ее семья. "Да мои крылышки больше, чем я сама! – удивлялась чудесному превращению Тана. – Разве я это заслужила?" Она высовывала крылышки из-под панциря и засовывала их обратно, взлетала и садилась, не в силах насладиться своим новым качеством.

Когда Тана прилетела в свое селение, она торжественно объявила всем: "Мы не только божьи, мы еще и летать умеем!" С тех пор божьи коровки летают.

Под парусом

Итак, с Сахалина Малахов поехал на Камчатку, в Вилючинск. Место, откуда в 1996 году он отправился в путешествие под парусом, посвященное 300-летию Российского флота.

– Мы выходили втроем в плавание на крейсерско-моторной двухмачтовой яхте под командованием Юрия Федоровича Рохина (ранее он путешествовал с Федором Конюховым. – Авт.). Определились спонсоры мероприятия, которые были заинтересованы в том, чтобы яхта совершила кругосветное путешествие и пересекла экватор несколько раз. Маршрут был разработан, – рассказывает Роман Малахов. – Однако в связи с происходящими в стране событиями финансирование нашего путешествие было отменено, спонсоры отказались от своих обязательств. Из Петропавловска-Камчатского мы дошли до Владивостока, после чего яхта должна была вернуться на Камчатку.

Таким путем – по морю – художник и попал в Приморье. Но обо всем по порядку.

– Постирал белье – вывесил сушиться на веревочке, яхта дала полный ход – с одеждой ты расстался, – смеется Роман Николаевич. – Взял почитать Серафима Саровского, Анну Ахматову – все в мазуте испачкалось, и капитан говорит: ”Всё за борт!” Всё смайновали. Зато ты видишь другое – как волна передает другой волне тайну. 

Я у штурвала. Волны – выше нас. Капитан говорит: ”Дай-ка я тебя привяжу”. И – прямо к штурвалу. И тут – волна прямо ко мне, я ее глажу, и такое наслаждение! Как на тройке лошадей. Я-то на веревочке все-таки – не страшно.

А однажды яхта от нас убежала. Мы – в районе Ольги. Я на штурвале, три часа ночи, шторм. Вижу – с двух сторон корабли. Ну, думаю, пройду между ними аккуратненько. Капитан проснулся, посмотрел, куда яхта идет, и кричит: "Поворот!" Оказывается, я шел четко на мыс, который между двух поселков.

Но дальше – хуже. Шторм усилился, и нас просто понесло. Хотели заякориться – а там подводная плита. Впереди все черным-черно – значит, материк. Кэп говорит: "Мой род не простит мне, если кто-то из вас погибнет. Сейчас слушать мои команды, каждое мое слово". С огромным трудом мы поставили маленький стаксель и развернулись против ветра. Когда немного отошли, я посмотрел туда, где мы были: чернота, земля. Еще немного – и разбились бы. Это была деревня Лидовка. Почувствовав себя в безопасности, мы легли спать.

Просыпаемся – полный штиль. А у нас кончился свет, газ – мы не можем разогревать еду. Хочется теплой пищи. У нас спасательные жилеты с подводной лодки – мы же все-таки из военного городка. В них есть батарейки, которые можно опустить в морскую воду, и они начнут работать. И эта батареечка – единственное, что у нас есть. Мы ее бережем.

Решили подойти к маяку Низовского. Скучающий загорелый сторож был рад путешественникам, приплывшим к берегу. Кроме него, там было еще два служащих – мужчина, начальник маяка, и женщина, мужа которой задрал медведь. Служащие маяка предложили отважным морякам попариться в бане и пообещали испечь лепешек.

Принайтовали яхту, опустили паруса, бизань – на 2/4 и – пошли в баню. Потом – кино. Спустя некоторое время вышли посмотреть яхту. А яхта – далеко. Капитан поглядел на облака, спустился к берегу, вернулся и говорит: "Она у меня баба умная, погуляет – и вернется в свое стойло. Идемте спать". Пошли спать. Утром просыпаемся – яхта на своем месте. А он, думаю, пустил бумажный кораблик и проверил течение. Догадался, где приливная зона, и рассчитал, когда вернется яхта.

Осмотрели мы, кстати, маяк – вокруг столько металла, столько кораблей разбилось!.. Вместо камней – останки судов. Есть и паровые колеса. Эта плита – гиблое место.

Окончание следует

 

«Прогресс Приморья», № 13 (526) от 05.04.2019 г.

Оксана Рождественская

 
АТЭС
Опрос:
В каком состоянии, по-вашему, находится машиностроение Приморского края?
Допускается выбрать 2 варианта одновременно