Главная Контакты Карта
Форум ТВ программа
03 июля, пятница
Прогрессия. Главное Общественный прогресс Твой край, твоя планета Прогрессивный досуг Здоровье Культурный прогресс Спецвыпуск-приложение ПРОГРЕСС Спорт Слово редактора
  

Под Кёнигсбергом

Читатели газеты Приморского регионального отделения Союза машиностроителей России в предыдущих номерах издания имели возможность познакомить с отдельными главами повести Владимира Тыцких "На честную память". Писатель рассказал о боевом пути художника Виктора Ваганова в период операции "Багратион", действия которой разворачивались на белорусской земле. Теперь мы предлагаем прочесть отрывок о том, как солдат дошёл до Восточной Пруссии.

I

…Ваганов оставался художником при политотделе дивизии и редакции дивизионной газеты, регулярно мотаясь с передовой в недалёкий тыл, рискуя попасть в любую, неожиданную для него, но обыденную для вой­ны, неприятность.

В штурме Кёнигсберга, сдавшегося на милость победителей лишь 9 апреля 1945 года (более 90 тысяч солдат и офицеров во главе с комендантом крепости генералом Ляшем, огромное количество боевой техники и военных припасов!), 371-я дивизия непосредственно не участвовала, но весьма ему способствовала. Уральцы брали города: Шталлупенен, Гумбинен, Кальхольц, Велау, Инстербург, Фридланд, Пиллау; дважды с боями выходили к заливу Фришес-Хафф. Всё это стоило многих жизней, немало солдатской крови.

Вряд ли редакцию дивизионной газеты можно считать местом спокойным и, тем более, безопасным (в конце концов, итог войны для "Сталинца" определился чувствительными потерями: погибли редактор, два корреспондента, наборщица; пятеро сотрудников получили ранения).

Прежде чем рисунок Ваганова попадал на газетную полосу, Виктору следовало побывать на передовой, сделать зарисовку с натуры, вернуться в редакцию и ночью, при коптилке, вырезать клише на линолеуме. В части он старался ходить с кем-нибудь из газетчиков или политотдельцев – с ними проще было организовать работу. Естественно, приходилось попадать под обстрелы и бомбёжки.

Во время штурма Кёнигсберга дивизионка располагалась в бункере подземного нефтеперегонного завода в часе пешего хода от городской окраины. Бензина там уже не было – немцы его выкачали до капли.

Грохот ожесточённого сражения сотрясал землю, от оглушительного гула войны сотрясалось небо. Собственно, небо под Кёнигбергом скрылось, пропало – на километры поднималась над городом серая туча гари, дыма и пыли. Волна за волной в этой туче исчезали наши самолёты и через пару-другую минут обрушивали на крепость тысячи и тысячи бомб. Самолётов было столько, что к ним уже не подходили слова "много" – тут, скорее, годились понятия "армада" и "тьма".

Как-то к бункеру привели человек сорок пленных "фольксштурмовцев". Пятнадцати-шестнадцатилетние немчата потерянно озирались и куксились, размазывая слёзы по грязным лицам. При них оказался лишь один настоящий "дойчен зольдат" – пожилой пехотный ефрейтор. Вскоре пленных увели…

II

Они ещё не знали, что идут по улицам будущего советского города Черняховска. Сейчас это был Инстербург, недавно взятый нашими войсками небольшой прусский городок, заметно пострадавший от прокатившихся через него боёв.

Они – это капитан Жимолостных, секретарь редакции газеты "Сталинец", и художник старший сержант Ваганов. И не будь они газетчиками, всё равно едва ли прошли мимо уцелевшего здания гестапо. А тут уж не просто человеческое любопытство – любопытство профессиональное, даже, можно сказать, переходящее в служебный долг.

Ко многому привыкшие за войну, давно, кажется, разучившиеся чему-то удивляться, Жимолостных и Ваганов оказались если не потрясены, то, во всяком случае, несколько обескуражены. В одном из залов бывшего гестапо обнаружилась обширная библиотека – для служебного, разумеется, фашистского пользования. На стеллажах среди прочих и всяких изданий стояли немецкие переводы русских писателей: Пушкина, Толстого, Достоевского… И Жимолостных, и Ваганов отнеслись к открытию спокойно. Конечно, и немцы, ежели считают себя культурными, должны читать лучшую в мире классическую русскую литературу.

Но вдруг на глаза попалась особняком стоящая полка с экземплярами романа Николая Островского "Как закалялась сталь". Это уж, как говорится, ни в какие сани не лезло! Жимолостных и Ваганов недоумевали. Старик-немец, возможно, хранитель библиотеки – как-то они не догадались уточнить его должность и выяснить оправданность самого его пребывания в бывшем инстербургском застенке – объяснил: по этой книге гестаповцы изучали русский характер! Правду, не правду ли поведал гроссфатер, но они поверили ему и скоро даже напечатали об этом материал в газете "Сталинец"…

Печатается в сокращении

«Прогресс Приморья», № 18 (581) от 03.07.2020 г.

Владимир Тыцких

 
АТЭС
Опрос:
В каком состоянии, по-вашему, находится машиностроение Приморского края?
Допускается выбрать 2 варианта одновременно