Твой гид развлечений
Главная Контакты Карта
Форум ТВ программа
06 сентября, пятница
Прогрессия. Главное Общественный прогресс Твой край, твоя планета Прогрессивный досуг Здоровье Культурный прогресс Спецвыпуск-приложение ПРОГРЕСС Спорт Слово редактора
  

Герои Сейсина

Продолжение. Начало в № 32

Тишина скрывала какой-то неразгаданный замысел врага. Обеспокоенный этим, Кочетков решил пойти на КП командира батальона. По пути его остановили разведчики из первой роты, продвигавшейся в направлении мыса Колокольцева. Они только что побывали в городской тюрьме, которая никем не охранялась. В тёмных сырых камерах находилось двадцать пять корейцев. Руки у них были закинуты за голову и в таком положении стиснуты кандалами. Разведчики сбили замки с решётчатых дверей, расковали цепи. Заключённые, очутившись на свободе, радостно выкрикивали что-то. Один из них на ломанном русском языке попросил провести его к самому главному начальнику – хотел сообщить что-то важное.

– Я вас слушаю, – сказал Кочетков этому корейцу, дрожащему, и, видимо, ещё не совсем поверившему в своё освобождение.

Кореец приблизился и, опасливо озираясь, указал на вершину сопки, окутанную клубящимися клочьями утреннего тумана. Это была высота, которую ещё при разработке плана действий намечено было обязательно взять как господствующую над городом и бухтой.

– Эта сопка худо есть, сопка чёрный-чёрный.

Что хотел сказать кореец? Кочетков приказал разведчикам идти к "чёрной" сопке. На КП он сказал Бараболько о случившемся, поделился своими тревожными мыслями.

Словно в подтверждение его слов со стороны мыса Колокольцева раздались автоматные очереди, гулко застучали пулемёты. Почти в то же время и на левом фланге наступления батальона ухнула граната, застрекотали автоматы. Стали поступать донесения. Командир первой роты Бебих радировал: "На высоте доты. Лежим под огнём. Есть раненые…".

Смысл таинственного сообщения корейца, кажется, прояснился. Бараболько сказал Кочеткову:

– Идите туда, Михаил Иванович, приказ – сопку взять!

В расположение первой роты по извилистой и узкой окраинной улице бежало пятеро: Кочетков, Маркелов, комсорг батальона Калашник, старший сержант Кашпур и девушка-радистка Елена Чернюк. Они спешили, слыша всё нарастающий шум боя. На крутом повороте улица огибала гранитное подножие высоты. В скале вырублена штольня – убежище от бомб и снарядов. Пробегая мимо, капитан машинально глянул в тёмное отверстие штольни и рывком отпрянул в сторону. Перед ним мелькнули злые раскосые глаза на круглом лице и дуло пистолета. В тот же миг бежавший сзади Калашник прыгнул, закрывая собой Кочеткова. Очередь из автомата комсорга опередила выстрел японца.

– Молодец! – крикнул ему Маркелов и, обогнав капитана, побежал теперь уже впереди него.

Потом они ползли по высокой траве на звуки перестрелки и вскоре увидели под крутым гребнем высоты лежавших в цепи морских пехотинцев.

На КП выяснилось, что командир роты тяжело ранен, лежит в беспамятстве. Он готовил атаку, но кто возглавит её сейчас?

Капитан связался с Бараболько, доложил об обстановке, попросил прислать ему взвод станковых пулемётов. Пока подходило подкрепление, Кочетков собрал командиров взводов. От них капитан узнал о последних приказаниях командира роты. Замысел атаки стал ясным: охват высоты с разных сторон. И вот уже указаны выгодные для броска рубежи, уточнены цели для пулемётчиков, определён сигнал к началу штурма…

Отдавая приказ, Кочетков по праву старшего фактически принял командование ротой. И никто не удивился этому: в батальоне знали, что в тактических вопросах политработник не уступит командиру.

Противник между тем огрызался всё активнее. Особенно досаждал морским пехотинцам пулемёт одного дота. Покажет каску наблюдатель – бьёт, зашевелится трава – очередь. Мысли капитана невольно возвращались к этому доту. Надо подавить его перед атакой. Но кого послать с гранатами туда, к амбразуре?

Подошёл присланный Бараболько пулемётный взвод под командованием сержанта Бирюли. Двенадцать безотказных станкачей – сила! Расторопный, немногословный сержант сразу же нашёл для них удобные позиции. Рота заняла исходные рубежи. Осталось выбрать человека, который сможет, пусть даже ценой жизни, заглушить вражеский дот. Кочетков знал: такой приказ может выполнить любой десантник. А всё же – кто вернее?

– Николай, – позвал капитан Маркелова.

Парторг обернулся, несколько удивлённый необычным обращением.

– Коля, есть у тебя противотанковые гранаты?

И Маркелов понял, одними глазами ответил на ласку, на доверие. Через минуту десантники увидели, как старший сержант, пряча за камнями ладное, гибкое тело спортсмена, взбирался по крутой скале. За ним полз посланный прикрыть парторга боец Куцый. Скоро они, перевалив за выступ, скрылись из глаз. Проходили томительно длинные в ожидании минуты. Кочеткову показалось, что всё кругом стихло, смолкли выстрелы, и только громко стучит сердце. Но тут же он понял: тишины нет, пулемётные очереди наверху стали злее. Заметили! И вот ахнул глухой взрыв, за ним – второй. Взрыв словно подбросил с земли капитана.

– За Родину! – крикнул он и побежал вперёд.

– Ура! – подхватили рядом и дальше по всему подножию сопки.

Он не помнил, как ноги вынесли его на гребень высоты, не понял, почему споткнулся бежавший рядом боец. Была одна мысль – скорее туда, на вершину.

Задохнувшись от бега, Кочетков остановился, чтобы перевести дух. Его обогнали более молодые, более сильные люди, поднятые им в атаку. А в следующий миг он увидел Маркелова с японским пулемётом в руках. Жив Николай! Ещё выше, но на другом гребне высоты мелькнула полусогнутая фигура лейтенанта Заболотникова. Впереди своих "сынков", как называл он молодых бойцов взвода, лейтенант успел подняться сюда с другого направления. Торопясь, Кочетков полез наверх. На вершине сопки уже кипела рукопашная. Японские солдаты ловко орудовали штыками, а офицеры – длинными самурайскими мечами. На Заболотникова вылетели трое. В одного японца лейтенант успел выстрелить, второго убил подскочивший боец, но третий разрядил пистолет в упор. Заболотников упал. Кочетков подбежал, наклонился над лейтенантом, приподнял безвольно поникшую голову и стал звать его, но Заболотников уже ничего не слышал. Лязг штыков, злая ругань, оглушительные, с близкого расстояния выстрелы…

Кочетков, выбрав удобное возвышение, подозвал радистку и стал руководить боем.

Продолжение следует

«Прогресс Приморья», № 34 (547) от 06.09.2019 г.

Виктор Бойцов

 
АТЭС
Опрос:
В каком состоянии, по-вашему, находится машиностроение Приморского края?
Допускается выбрать 2 варианта одновременно