Главная Контакты Карта
Форум ТВ программа
04 октября, пятница
Прогрессия. Главное Общественный прогресс Твой край, твоя планета Прогрессивный досуг Здоровье Культурный прогресс Спецвыпуск-приложение ПРОГРЕСС Спорт Слово редактора
  

Гордость отечественного авиапрома

В ноябре 2019 года исполняется 110 лет со дня рождения Михаила Леонтьевича Миля, гениального конструктора отечественных вертолётов. Машины марки "Ми", созданные под руководством М. Л. Миля с 1947 по 1970 годы, были неоднократно проверены как в боях, так и в мирной жизни. Они и сегодня являются гордостью отечественного авиапрома.

Вертолеты "Ми" в своё время серийно выпускал лидер Приморского регионального отделения Союза машиностроителей России ААК "Прогресс". Неслучайно в музее под открытым небом на территории предприятия установлена винтокрылая машина Ми‑24.

Но сегодня речь пойдёт о другом вертолёте – Ми‑1. В сентябре 1948 года поднялся в воздух первенец ОКБ М. Л. Миля ГМ‑1, ставший первым серийным отечественным вертолётом, пригодным для массовой практической эксплуатации. С 1950 года строился крупной серией (2 694 вертолёта на протяжении 16 лет), в том числе в Польской Народной Республике (ПНР). Широко применялся в народном хозяйстве. Выпускался в разных вариантах: санитарном, пассажирском, почтовом, сельскохозяйственном. На вертолёте установлено 27 мировых рекордов. В настоящее время во многих аэропортах, особенно малых, установлен на постамент не один вертолёт Ми. И это вполне логично, скажем больше – разумно. 

И вдруг в Хабаровске произошло невероятное: машина Ми‑1 под номером RА‑00137, много лет стоявшая на пьедестале вблизи административного здания малого порта, исчезла. Впрочем, если быть точным, то на основании пьедестала осталась табличка такого содержания: "Авиакомпания "Восток". Вертолёт Ми‑1 установлен 20 октября 2003 года в честь 65-летия Хабаровского края. С 1957 по 1978 годы Ми‑1 был незаменимым тружеником в небе Хабаровского края. Выполнял работы по оказанию медицинской помощи населению, охране лесов края от пожаров, поисково-спасательные, транспортно-связные и аэровизуальные полёты. На вертолёте данного типа было установлено 27 мировых рекордов". Такая вот блестящая характеристика вертолёту прославленного конструктора Миля. 16 лет машина никому не мешала, и вдруг исчезла. 

Хабаровчане недоумевают, впрочем, недоумевают и гости города, которые часто бывают в краевом центре. Ми‑1 было трудно не заметить. Те пассажиры, которые следовали в большой порт, непременно проезжали малый, и, без сомнения, обращали внимание на этот постамент. Стоит сказать, что весть со скоростью ракеты разлетелась по Хабаровску. 

И теперь исчезновением вертолёта занялись краеведы. Исполняющий обязанности генерального директора краеведческого музея имени Гродекова Юрий Белкин высказал своё мнение по поводу случившегося: "Этот вертолёт был зримым символом послевоенного развития авиационной промышленности страны, дальневосточного гражданского флота и жертвенного служения нескольких поколений хабаровских авиаторов. Уникальная машина, один из первых вертолётов, выпущенных ограниченным количеством… Она использовалась достаточно долго не только в гражданской, но и в военной авиации. Последние образцы были сняты в 1985 году…  Тридцать лет эксплуатации говорят о её уникальности".

Юрий Вячеславович невольно провёл аналогию с воздухом: когда он есть, мы его не замечаем, а когда его не хватает, это ощущаешь сразу. Вот так и опустевший постамент. Был "Ми‑1" – сняли и увезли. Говорят, лопасти отправили в Тюмень, машину тоже подготовили к отправке. И никто не обещает, что он вернётся на прежнее место.

Это лишь кажется, что машина не имеет ни души, ни сердца, на деле же всё не так. Её душой и сердцем был даже не мотор, а люди, которые управляли вертолётом. Именно эти люди сегодня недоумевают по поводу загадочного исчезновения вертолёта. 

Один из них, Владимир Сапаров, находился в числе тридцати трёх курсантов первого выпуска Кременчугского вертолётного училища гражданской авиации. В 1963 году молодые пилоты получили распределение на Дальний Восток, семеро остались в Хабаровске. Сегодня Владимир Сапаров – заслуженный лётчик России. 

"Мы начали летать на вертолётах Ми‑4, – рассказывает он, – в компании "Восток". Правда, этих машин было немного, и они не могли обслуживать всю нашу геологию, поэтому геологи продолжали… ходить по своим маршрутам с лошадьми. А вскоре к нам начали массово поступать из Казани вертолёты Ми‑1, и командир вертолётного отряда Красовский принял решение всех нас семерых переучить и пересадить на них. Поскольку у нас за плечами была хорошая школа – в кременчугском училище великолепные преподаватели, – мы сразу выделялись своей подготовкой, поэтому освоить новую машину было легко. Это с самолёта трудно перейти на вертолёт, а мы уже вертолётчики изначально!"

Судя по рассказам Владимира Ивановича, Ми‑1 – самый маленький вертолёт из всей линейки вертолётов российского производства, на которой он летал – причем с огромным удовольствием. Сапаров вспоминает: "Нас троих выбрали для достаточно сложной и тонкой работы: мы делали гравиметрическую съёмку для поиска полезных ископаемых и измерения гравитационных полей земли. Надо было поставить эти гравиметры для замеров, целый день посадки с подбором, порой нужно было влезть в такие площадки, где от лопастей остаётся полметра-метр, фантастика! И с этим наш "малыш" Ми‑1 везде справлялся. Он нам так понравился, что, когда предложили мне, Кокурину и Шабалину вернуться и стать командирами на вертолётах Ми‑4, на которых мы начинали летать, мы отказались. Дело в том, что на любом другом вертолёте работает экипаж, а тут ты сам – один. Сам всё решаешь, и это очень увлекает, особенно молодых людей: ты один – и первый, и второй пилот, и командир… И мы справлялись с этой задачей и нагрузкой, которая на нас ложилась.

Это был второй объединённый хабаровский авиаотряд, который работал на местных авиалиниях. Здесь каждое утро взлетало штук двадцать пять Ан‑2 и несколько вертолётов, множество их жужжало. Улетали, а вечером возвращались. Так что техники приходили с восходом солнца, чтобы подготовить все эти машины в полёт. Ми‑1 было больше десяти машин. И ещё тогда мы с Олегом Хохряковым говорили, что надо бы этот вертолёт-трудягу сохранить. И когда это сделали, подняли на постамент, чтобы он был виден…"

Продолжение следует

«Прогресс Приморья», № 38 (551) от 04.10.2019 г.

Виктор Бойцов

 
АТЭС
Опрос:
В каком состоянии, по-вашему, находится машиностроение Приморского края?
Допускается выбрать 2 варианта одновременно