Твой гид развлечений
Главная Контакты Карта
Форум ТВ программа
31 июля, пятница
Прогрессия. Главное Общественный прогресс Твой край, твоя планета Прогрессивный досуг Здоровье Культурный прогресс Спецвыпуск-приложение ПРОГРЕСС Спорт Слово редактора
  

Гражданский флот становится военным

Продолжение. Начало в № 14

Газета Приморского регионального отделения Союза машиностроителей России немало материалов посвящает теме ленд-лиза периода Великой Отечественной войны. И это не случайно. Мы живём на Тихоокеанском побережье и должны помнить то, как трудно приходилось нашим дедам и прадедам доставлять грузы морскими маршрутами. То была не туристическая прогулка, то был постоянный риск попасть под огонь немецкого или японского самолёта, подводной лодки или военного корабля. Одним из очевидцев тех событий был юнга огненных рейсов Борис Максяткин. Его, к сожалению, нет с нами, но остались воспоминания, написанные просто и ясно, как говорится, по-морскому.

Транспортное судно, уходя в рейс, брало на борт максимальное количество груза. Пример: среднее судно по тоннажу принимало девять тысяч тонн груза. На каждом транспорте имеются ёмкости для запаса топлива, питьевой воды. За счёт сокращения этих запасов брался дополнительный груз. В танки питьевой воды заливалось растительное масло, в бункер брался авиационный бензин… Отдельно нужно коснуться тяжеловозов, таких, например, как паровозы, автомашины и прочее. Четыре, а то и восемь паровозов снижали остойчивость судна до критического уровня. Далее, переход на ДВ бассейне из США занимал более 30 суток. Все суда шли по так называемой дуге большого круга, то есть поднимались до Алеутских островов, затем Беринговым морем и, соответственно, поворачивали на юго-запад, ложась на курс до порта следования…

Северная часть пути на ДВ – это почти постоянные шторма, сложная ледовая обстановка. В военное время не работали маяки, и практически не было систем для определения места судна. Единственный прибор для пользования – секстан, и то, когда чист горизонт (то есть можно "взять" солнце). Надо обязательно коснуться того, что порты Петропавловск, Владивосток были защищены минными полями: Петропавловск – от бухты Ахомтен (Русская), это 60 миль до Петропавловска, до мыса Шипунский примерно столько же; Владивосток от бухты Валентин и до южной границы с Кореей. Минные поля опасны… тем, что кроме узкого коридора для прохода часто встречались плавающие мины (мины, сорванные с минрепа). Не единичны случаи разлома судов типа "Либерти" (американской постройки – прим. Редакции) пополам.

Конвоев на Дальневосточном морском театре не было. Суда осуществляли одиночные плавания, соблюдая полную светомаскировку, без права на радиосвязь, за исключением подачи сигнала СОС.

Воспроизвести всей трагедии на Тихом океане не удастся… Но отдельные примеры мужества и героизма я попытаюсь воспроизвести, ссылаясь на "Огненные рейсы" Г. А. Руднева, "Тайны истории" А. Х. Паперно, другие литературные источники, а также факты восстановленные мной по памяти.

В июле-августе 1941 года четыре парохода ДВ пароходства – "Кречет", "Симферополь", "Свирьстрой" и "Сергей Лазо" – были направлены на ремонт в Гонконг. В декабре суда были расстреляны на рейде японской береговой батареей, оставшиеся в живых члены экипажа – интернированы.

Пароход "Перекоп", следуя с грузом на Яву, был потоплен недалеко от острова Калимантан 9 декабря 1941 года. Все лишения и невзгоды экипажа описаны в книге "Перекоп" идёт на юг".

21 декабря 1941 года на танкер "Майкоп" японские бомбардировщики сбросили девять авиационных бомб. Судно погибло.

Пароход "Ашхабад" 27 апреля 1942 года снялся из Нью-Йорка на Кубу. В 21 час 50 минут судно было торпедировано немецкой подводной лодкой.

По данным ДВ пароходства, за годы войны на Тихом океане потоплено более 30 судов. Гибель любого из них влекла за собой лишения, смерть или пленение экипажа.

Приведу пример подобной ситуации, непосредственным участником которой мне довелось стать. 13 февраля 1943 года пароход "Кола" вышел из Владивостока в порт Петропавловск. Так получилось, что с 15 на 16 февраля Цусимский пролив с небольшой разницей во времени проходили четыре советских парохода: "Терек", капитаном на котором был мой отец Фёдор Григорьевич Максяткин; "Кулу" – капитан Лютиков, на этом судне находился и я, будучи юнгой машинной команды; "Кола" и "Ильмень". Все четыре судна останавливал и производил досмотр на них японский сторожевой корабль. Затем, в ночь пароходы "Терек" и "Кулу" легли на курс, известный только капитанам (на юг), а "Кола" и "Ильмень", пройдя пролив, легли на курс северо-восток, где и нашли свою погибель. Этот случай я не смог забыть ещё и потому, что моя мать (каким образом?) перепутала информацию и сочла, что погиб не "Кола", а "Кулу". Об этом мне стало известно, когда в порт пришёл отец.

Самым трагическим и странным было то, что семь судов России были потоплены американскими подводными лодками.

Продолжение следует

«Прогресс Приморья», № 22 (585) от 31.07.2020 г.

Юнга огненных рейсов Борис Максяткин

 
АТЭС
Опрос:
В каком состоянии, по-вашему, находится машиностроение Приморского края?
Допускается выбрать 2 варианта одновременно