Твой гид развлечений
Главная Контакты Карта
Форум ТВ программа
09 декабря, четверг
Главное Общественный прогресс Твой край, твоя планета Прогрессивный досуг Здоровье Культурный прогресс Спецвыпуск-приложение ПРОГРЕСС Спорт Слово редактора
  

Уход легенды

7 декабря, не дожив двух дней до своего 85-летия, скончался советский и российский лётчик-испытатель, старший лейтенант авиации, Герой Советского Союза Гурген Рубенович Карапетян.

Он по праву принадлежал к числу героических, смелых и мужественных людей, посвятивших свою жизнь служению авиации, заслуживающих глубочайшего и искреннего уважения. Сложно найти человека, который бы сделал столько для того, чтобы в небе летали наши вертолёты.

Гурген Рубенович Карапетян родился 9 декабря 1936 года в городе Свердловске. Его мама Нина Ивановна Измайлова была коренной петербурженкой, а отец Рубен Бейбутович – родом из армянского села Гаджиларь Эчмиадзинского района. По направлению Рубен Бейбутович приехал из Еревана в Свердловск, до войны работал главным инженером треста "Уралэлектромонтаж", в 1941 году ушёл на фронт, а 1 июня 1943 года погиб на Калининском фронте – с докторской диссертацией по математике в планшете, которую он носил все эти годы при себе. Заботу о юном Гургене взял на себя его дядя Гурген Бейбутович.

В 1944 году, когда война ещё продолжалась, Гурген пошёл в первый класс. С ранних лет он мечтал о полётах. На площади перед зданием городского Совета в Свердловске в то время стояли немецкие самолёты – истребитель и бомбардировщик, захваченные и выставленные для демонстрации. Гурген жил неподалёку, поэтому регулярно залезал с мальчишками в эти самолёты, и они представляли, как летают на них. Тогда у него и зародилась детская мечта стать лётчиком, которая позже воплотилась в реальность.

Поступив в 10 классе в Свердловский аэроклуб и освоив свой первый самолёт По‑2, Гурген твердо решил стать военным лётчиком. Его дядя, работавший в то время главным конструктором на "Уралмашзаводе", сказал племяннику: "Высшая квалификация лётчика – это лётчик-испытатель с высшим образованием, поэтому тебе необходимо идти в институт". Поскольку дядя практически заменил отца Гургену, он прислушался к его совету и после окончания школы в 1954 году уехал в Москву и поступил в Московский авиационный институт им. С. Орджоникидзе. Из 30 возможных баллов за 6 экзаменов он набрал 29, получив лишь одну четвёрку – по русскому языку.

Одновременно с обучением в институте Гурген Рубенович продолжал летать в аэроклубе МАИ – сначала на планерах, а потом и на самолётах. Он мечтал попасть в центральный аэроклуб, но в приёме ему отказали, так как первый набор для обучения на вертолёте Ми‑1 был уже закончен. Затем его всё же приняли, и вскоре Гурген Рубенович доказал, что не зря: на планере он устанавливал рекорды по продолжительности парения, в 1959 году стал призёром чемпионата СССР по вертолётному спорту, в 1960 году вместе со своим товарищем по институту принял участие во всесоюзных соревнованиях, занял третье место по одному из упражнений, а затем стал чемпионом СССР по вертолётному спорту.

По окончании института в 1961 году Гурген Рубенович по распределению был направлен на Московский вертолётный завод, где начал работать на лётно-испытательной станции ведущим инженером. В мае того же года заводу было поручено срочное задание ЦК и Совмина: в сжатые сроки провести лётные ресурсные испытания двух комплектов лопастей вертолёта Ми‑4, а лётчиков-испытателей на заводе очень не хватало. По просьбе Михаила Леонтьевича Миля министр авиационной промышленности Пётр Васильевич Дементьев дал указание оформить Гургена Рубеновича на должность лётчика-испытателя 5-го класса, поскольку он был к тому времени чемпионом СССР по вертолётному спорту. В конце того же года он был направлен в Школу лётчиков-испытателей ЛИИ им. М. М. Громова. А в 1962 году, после окончания Школы, он последовательно повышал квалификацию – от лётчика-испытателя четвёртого класса до первого.

Воздушным наставником Гургена Рубеновича и его товарища по аэроклубу МАИ Юрия Серафимовича Швачко стал Рафаил Ивано­вич Капрэлян, который заметил их и быстро ввёл в строй. За очень короткое время Гурген Рубенович стал самостоятельно летать в качестве командира экипажа на испытаниях таких машин, как Ми‑1, Ми‑4, Ми‑6, Як‑24, Ми‑8, Ми‑10, S‑58, Vertol‑44, в том числе и на крайних режимах. Он летал на Крайнем Севере, Дальнем Востоке, в Сибири, в горах, принимал участие в испытаниях вертолётов в условиях естественного обледенения. Первым в СССР он успешно произвёл пуски управляемых ракет ночью на вертолёте Ми‑28А, поднимал первые вертолеты Ми‑2, Ми‑24А, Ми‑24Д, Ми‑26 на серийных заводах. Имеет 8 патентов на изобретения.

Первой опытной винтокрылой машиной, на которой летал Гурген Рубенович, был вертолёт Ми‑2. Впервые поднимал этот вертолёт его товарищ Герман Витальевич Алфёров, но по ряду причин ему пришлось заниматься другой работой, поэтому все государственные испытания были возложены на Гургена Рубеновича. В те годы он был самым молодым лётчиком-испытателем в Министерстве авиационной промышленности, который летал на опытной машине.

Работая на Московском вертолётном заводе, Гурген Рубенович проводил наиболее сложные испытания новых образцов вертолётной техники, участвовал в испытаниях опытных агрегатов и систем, проводил исследования изгибно-крутильного и хордового флаттера несущего винта, земного резонанса, маневренных режимов и "вертолётного штопора". Так, например, первым серьёзным заданием, которое довелось выполнить новоиспечённому лётчику-испытателю, стала работа на вертолёте Ми‑1. Тогда в Крыму при проведении сельскохозяйственных работ три вертолёта Ми‑1 потерпели крушение, и нужно было определить причину произошедшего. Оказалось, что в процессе выполнения доработок с целью облегчения несущего винта металлический лонжерон приобрёл более узкую форму, в результате чего на вертолёте возник изгибно-крутильный флаттер. Важно отметить, что при возникновении резонансных явлений при флаттере в течение 5 секунд происходит полное разрушение лопастей. Всего же за время проведения испытаний экипаж вертолёта Ми‑1 21 раз побывал во флаттере. Спустя некоторое время оказалось, что он единственный лётчик в мире, который 21 раз побывал на вертолёте в изгибно-крутильном флаттере.

Одним из первых Гурген Рубенович освоил пилотаж на боевом вертолёте Ми‑24, который до сих пор является одним из лучших боевых вертолётов. Его первый вылет состоялся в сентябре 1969 года, а уже в ноябре 1971 года он был поднят в небо над Арсеньевом. На этом вертолёте Гурген Рубенович выявил такие явления, как неуправляемое вращение ("вертолётный штопор") и "подхват". Однажды при проведении испытаний он сам побывал в таком вращении – угловая скорость вертолёта составляла 90 градусов в секунду, то есть вертолёт выполнял один оборот за 4 секунды, и всё это происходило на высоте одного метра от земли. Только на 7-м витке ему удалось выйти из вращения. Так Гурген Рубенович стал первым лётчиком, который попал в "вертолетный штопор" и вышел из него. Были проведены соответствующие доработки, и впоследствии на вертолёте Ми‑24 и его модификациях это явление больше не встречалось.

Кроме того, на вертолёте Ми‑24 Гурген Рубенович Карапетян 21 сентября 1978 года установил новый мировой рекорд скорости полета на базе 15-25 км – 368,4 км/ч, превысив на 13 км/ч рекорд скорости, установленный в 1970 году на американском скоростном вертолете S‑67. Так имя Гургена Рубеновича Карапетяна было впервые занесено в Книгу рекордов Гиннесса – как лётчика, установившего абсолютный мировой рекорд скорости полёта для вертолётов. По словам Гургена Рубеновича, изначально показатели Ми‑24 были значительно выше – около 380 км/час, но этот результат не был зафиксирован. Во втором проходе результат оказался ниже в силу того, что нанесённый на лопасти лак частично был повреждён. Также стоит отметить, что с вертолёта было снято крыло для уменьшения вредного сопротивления. Рекорд Ми‑24 стал абсолютным рекордом скорости для вертолётов и продержался 11 лет. Лишь в 1989 году он был превзойден английским вертолётом "Супер Линкс".

Много времени Гурген Рубенович посвятил выполнению посадок на авторотации, в результате чего была разработана методика, благодаря которой вертолёты Ми‑6, Ми‑24, Ми‑8, Ми‑4 и Ми‑1 способны выполнять посадки без пробега. Гурген Рубенович проводил испытания и первого "водоплавающего" советского вертолёта Ми‑14. Его подключили к испытаниям с целью устранения проблем устойчивости и управляемости. На заключительном этапе требовалось проведение испытаний вертолёта на крайних режимах – это выключение одного двигателя, прерванный и продолженный взлёты, отказы двигателя на висении и посадка на авторотации на сушу. Однако на этом вертолёте было необходимо в обязательном порядке показать и его мореходные качества и выполнить посадку с выключенными двигателями на воду. В октябре 1973 года была выполнена такая посадка. С тех пор никто в СССР и России таких посадок больше не выполнял.

В 1973 году Гургена Рубеновича назначили старшим лётчиком-испытателем, 14 декабря 1977 года ему было доверено впервые поднять в воздух вертолёт-гигант Ми‑26 – самый грузоподъёмный серийно выпускавшийся вертолёт в мире. Вертолёт Ми‑26 – это наше национальное достояние, который в рекордно короткие сроки прошёл весь цикл испытаний. 31 октября 1977 года его выкатили из сборочного цеха, 14 декабря он выполнил первое висение после устранения ряда проблем в системе управления, 21 октября 1978 года был выполнен первый вылет. На заключительном этапе испытаний Гурген Рубенович впервые в мире осуществил на этом вертолёте посадку с выключенными двигателями в режиме авторотации с полётной массой 50 тонн. Государственные испытания успешно завершились в августе 1980 года, и вертолёт Ми‑26 было решено продемонстрировать на парижском салоне в 1981 году вместе с вертолётом Ми‑17.

Комитет партийного контроля при ЦК КПСС изначально был против участия Гургена Рубеновича в авиасалоне из-за анонимных писем, которые поступали в ЦК, но после визита Марата Николаевича Тищенко все изменилось. Марат Николаевич сказал, что без Гургена Рубеновича вертолёт не полетит, и рассказал о том, как в 1973 году на самолёте Ту‑144 основного лётчика заменили дублёром, в результате самолёт потерпел крушение. "Я человек суеверный, поэтому без Карапетяна вертолёт не полетит", – настаивал он, а затем написал поручительство и получил разрешение на участие Гургена Рубеновича в авиасалоне.

В 1982 году имя Гургена Рубеновича Карапетяна было вновь занесено в Книгу рекордов Гиннесса – как лётчика, установившего мировой рекорд высоты полёта с грузом 10 т на 6400 м на вертолёте Ми‑26. Всего же в период с 1962 по 1982 год он установил 10 мировых авиационных рекордов скорости и грузоподъёмности на вертолётах Ми‑6, Ми‑10К, Ми‑24 и Ми‑26 (из них 8 – в качестве второго пилота).

В 1974 году на трубопрокатном заводе в городе Каменске-Уральском Свердловской области на вертолёте Ми‑10К он участвовал в монтаже оборудования, предназначенного для очистки от вредных паров травильного цеха. Было смонтировано 420 тонн металлоконструкций. По плану производства работ при строительстве с помощью наземных средств на это отводилось 280 рабочих дней. На всю работу с помощью вертолёта было затрачено 28 рабочих дней. Кроме того, впервые в мире был произведён монтаж деталей в вертикальной плос­кости. До сих пор эта работа является крупнейшей в мире строительно-монтажной работой, выполненной с помощью вертолёта, – как по объёму, так и по сложности монтажа.

В начале восьмидесятых годов Гурген Рубенович занимался поиском возможностей по увеличению боевой эффективности и "живучести" вертолётов в условиях горной и пустынной местности Афганистана. Им были разработаны некоторые тактические приёмы боевого применения и маневрирования, которые впоследствии сохранили не одну жизнь советских вертолётчиков.

"Вечером я сидел дома, вдруг поступил звонок от генерального конструктора. Я от КБ жил недалеко и сразу пришёл. Мне было предложено отправиться в командировку, но о том, куда меня направляют, я ещё не знал. Я пришёл с паспортом утром, и меня отвезли на аэродром, где было ещё 7 человек во главе с маршалом Силантьевым. Мы прилетели в Ташкент, и, когда самолёт начали дозаправлять, сразу стало понятно, что мы летим в Афганистан", – вспоминал Гурген Рубенович.

10 ноября 1982 года Карапетян впервые поднял в воздух новый боевой вертолёт Ми‑28. А в июне 1989 года он вместе со штурманом-испытателем Виктором Цыганковым впервые продемонстрировал Ми‑28А на авиасалоне в Ле-Бурже под Парижем. Советский боевой вертолёт тогда произвёл большое впечатление и стал настоящей сенсацией. В одном из журналов тогда написали, что, несмотря на маленькую площадь остекления на вертолёте Ми‑28, эргономика его кабины и обзор являются наилучшими среди всех боевых вертолётов. По словам Гургена Рубеновича, секрет прост и кроется в элементарной геометрии: кабина была "обжата", для того чтобы лётчик одним повтором головы мог наблюдать ситуацию со всех сторон, а также для снижения количества операций, которые необходимо выполнять на вертолёте при запуске двигателей со 144 до 18. Всего же за всю свою трудовую деятельность Гурген Рубенович представлял отечественную технику в Англии, Бельгии, Венгрии, Германии, Голландии, Дании, Индии, Италии, Канаде, Колумбии, Польше, Сингапуре, США, Финляндии, Франции, Чехословакии, Швеции, Югославии, Японии.

6 мая 1993 года Гурген Рубенович вместе со штурманом-испытателем Сергеем Серёгиным на боевом вертолёте Ми‑28А первыми в России выполнили петли Нестерова, бочки, перевороты и другие фигуры высшего пилотажа, которые на боевом вертолёте ещё не выполнял никто. И сегодня вертолёт Ми‑28 остаётся единственным в России, способным выполнять все фигуры высшего пилотажа.

В мае 1986 года Карапетян принимал участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. 9 мая, после ночного звонка дежурного по заводу, он прибыл на помощь гвардейскому вертолётному полку, работавшему в районе аварии на Чернобыльской АЭС. По указанию заместителя председателя Совета министров Ивана Степановича Силаева экипажу вертолёта Ми‑26 ставилась сложнейшая задача: используя внешнюю подвеску длиной около 250 метров, в течение трёх минут закрыть реактор куполом диаметром 19 метров, высотой 5 метров и весом 15 тонн и таким образом отсечь радиоактивное излучение. Предварительно экипаж проводил тренировки, чтобы выполнить задачу в кратчайшие сроки. К сожалению, вскоре после выполнения задания здоровье второго пилота Анатолия Грищенко ухудшилось: из-за высокой дозы радиацион­ного облучения у него развился лейкоз. Гурген Рубенович вместе с американским лётчиком-испытателем Кэпом Парлиером оказывал содействие и помощь, подключив все свои связи для спасения товарища, но, несмотря на лечение в США, оперативную доставку донорского костного мозга и успешную операцию по его пересадке, 3 июля 1990 года Анатолий Грищенко скончался в клинике города Сиэтла. В День независимости Соединённых Штатов в городе приспустили национальные флаги.

За долгие годы упорного труда на родном заводе Гурген Рубенович сумел сделать многое для него и для всей страны, а вот определить наиболее важное своё достижение ему удалось с трудом, но всё же он смог. В период банкротства Московского вертолётного завода Карапетян был приглашен в Администрацию Президента для решения данного вопроса, и 16 декабря 2000 года Президентом было подписано поручение о принятии мер по сохранению и развитию завода и интеграции основных предприятий вертолётостроения. После этого поручения в 6 раз были увеличены заказы, и в первую очередь ликвидирована задолженность по заработной плате. За это Гурген Рубенович получил медаль "За заслуги в обеспечении национальной безопасности".

Большие заслуги Гургена Рубеновича Карапетяна как лётчика-испыта­теля, его значительный вклад в развитие отечественного вертолётостроения были высоко оценены государством. В 1991 году за мужество и героизм, проявленные при испытаниях авиационной техники, он был удостоен звания Героя Советского Союза. Однако первое его представление на это звание состо­ялось ещё в 1975 году, после проведения испытаний вертолёта Ми‑24, но тогда в Министерстве посчитали, что он ещё слишком молод для этого. Эта молодость продлилась 16 лет. Так Гурген Рубенович стал последним советским лётчиком-испытателем, получившим звание Героя Советского Союза.

С 1992 по 1998 год Гурген Рубенович руководил Благотворительным фондом им. А. Д. Грищенко: помогал ликвидаторам аварии на ЧАЭС из Республики Татарстан. В этот период ликвидаторам был выполнен ряд успешных операций в Израиле и Франции, было доставлено более 30 тонн медикаментов и оборудования, инвалидные коляски и т. д.

По завершении своей карьеры в качестве лётчика-испытателя Гурген Рубенович занимал различные должности, в том числе заместителя генерального директора по стратегическому развитию и заместителя генерального конструктора по лётным испытаниям. В 2008 году создал и возглавил службу безопасности авиационной деятельности холдинга "Вертолёты России", а затем являлся советником генерального директора холдинга по безопасности полётов. Также он являлся членом Клуба Героев Советского Союза, Героев России и полных кавалеров ордена Славы города Москвы и Московской области (председатель секции Героев по ВАО). По его инициативе префектурой ВАО в 2011-2017 гг. установлено 34 мемориальные доски умершим Героям Советского Союза и Героям Российской Федерации.

За выдающийся вклад в испытания новой авиационной техники Гурген Рубенович Карапетян удостоен высоких правительственных наград и званий:

Героя Советского Союза (указ Президента СССР от 24 января 1991 года) – за мужество и героизм, проявленные при испытаниях новой авиационной техники;

медали "Золотая Звезда";

почетного звания "Заслуженный лётчик-испытатель СССР" (указ Президиума Верховного Совета СССР от 15.08.1986 г.);

ордена "Знак Почёта" (указ Президиума Верховного Совета СССР от 26.04.1971 г.);

ордена Ленина (указ Президиума Верховного Совета СССР от 27.04.1977 г.);

ордена Октябрьской Революции (указ Президиума Верховного Совета СССР от 17.05.1982 г.);

ордена Дружбы народов (указ Президиума Верховного Совета СССР от 6.10.1987 г.);

ордена Ленина (указ Президента СССР от 24.01.1991 г.).

Медали: "За заслуги в обеспечении национальной безопасности", "60 лет армейской авиации ВВС" (МО РФ, 30.10.2008), "За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина" (Президиум Верховного Совета СССР, 02.04.1970), "Ветеран труда" (Президиум Верховного Совета СССР), "100 лет Военно-воздушным силам" (МО РФ), "300 лет Российскому флоту" (МО РФ), "50 лет Победы в Великой Отечественной войне" (МО РФ), "200 лет Министерству обороны России" (МО РФ), "Участник ликвидации аварии на ЧАЭС" (Союз "Чернобыль России"), "Память о ликвидации катастрофы на ЧАЭС 1986-2011 гг." (Союз "Чернобыль России"), "За активную гражданскую позицию и патриотизм" (Союз ветеранов госбезопасности), "50 лет освоения человеком космоса" (Федерация космонавтики России), "К 100-летию С. П. Королёва" (Федерация космонавтики России), "50 лет космонавтике" (КПРФ), "20 лет вывода советских войск из Афганистана" (Комитет по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств государств-участников СНГ), "За заслуги" (Парламентский центр "Комплексная безопасность Отечества").

Уход Гургена Рубеновича из жизни – это огромная и невосполнимая утрата для всех нас. Коллектив Арсеньевской авиационной компании "Прогресс" им. Н. И. Сазыкина выражает искренние соболезнования родным, близким, друзьям и коллегам. Скорбим вместе с вами.

«Прогресс Приморья», № 46 (652) от 10.12.2021 г.

Подготовлено пресс-службой АО ААК «ПРОГРЕСС»

 
АТЭС
Опрос:
В каком состоянии, по-вашему, находится машиностроение Приморского края?
Допускается выбрать 2 варианта одновременно