Главная Контакты Карта
Форум ТВ программа
03 марта, четверг
Прогрессия. Главное Общественный прогресс Твой край, твоя планета Прогрессивный досуг Здоровье Культурный прогресс Спецвыпуск-приложение ПРОГРЕСС Спорт Слово редактора
  

Смешное — детям!

Новая цирковая программа "Вокруг света" Владивостокского цирка ориентирована прежде всего на детей

Это ощущается с первых минут представления — по какому-то особо веселому настрою артистов и зала. Кстати, дети — редкая вещь — очень хорошо принимают выступления не только клоунов программы, но и воздушных гимнастов, и жонглеров, и акробатов, и многочисленные номера дрессуры всевозможного зверья...

Пан Гаврош и Жоржик: Клоун — профессия серьезная

Что заставляет взрослых, серьезных, приличных с виду людей надевать красочный наряд и грим, выходить на арену, чтобы дурачиться и веселить публику? На эти и многие-многие другие серьезные вопросы "ПП" в перерыве между номерами ответил популярный клоунский дуэт. С нами беседуют гости из заграницы — артисты белорусского цирка Юрий Тарасенок (Ю.Т.) и Наталья Суворова (Н.С.) — на арене они выглядят как серьезный мужчина пан Гаврош и пацаненок Жоржик.

— Вы вместе не только на арене цирка, но и в жизни?

Ю.Т.: Вместе мы уже почти 12 лет, а как клоунский дуэт выступаем пять лет.

— А сколько лет вы работаете в цирке?

Ю.Т.: В цирке мы очень давно: я — лет двадцать пять, Наталья — лет двадцать.

— Как вы пришли в цирк? С чего все началось?

Н.С.: Первый импульс у меня был, когда мы вместе со школьным классом пошли в цирк. Как раз выступала Ириска, которая когда-то снималась в программе "АБВГДейка". Мне очень не хотелось уходить из цирка после окончания программы, хотелось увидеть клоуна, заглянуть в глаза.

Лет в четырнадцать я стала заниматься в детской цирковой студии Беларуси. Это была самодеятельность, которая в советские времена могла дать фору сегодняшним профессиональным артистам. Более того, профессиональные цирки брали части программы художественной самодеятельности. Самое главное было сделать хороший номер, который заметили и с которым начали приглашать на профессиональные площадки.

С этого и началась моя цирковая жизнь.

А потом я постоянно занималась, развивалась. Было огромное желание стать профессионалом, была страстная любовь к цирку, и я готова была трудиться.

Я работала и работаю с тех еще лет номер "Хула-хуп" — игра с обручами. Был воздушный номер, я работала с питонами, обезьянками, собачками.

Ю.Т.: Я тоже родом из Беларуси, сейчас мы — семья, живем в Минске, работаем в Минском госцирке, в декабре-январе отработали там множество новогодних представлений-елок.

Потом пришло приглашение из Владивостока. Мы влились в программу "Вокруг света" прямо здесь; здесь, во Владивостоке, проходят наши первые представления в этой сборной труппе, отсюда мы все вместе переедем на гастроли в Хабаровск...

Часто гастролируем в зарубежье — это Россия, Казахстан, Кувейт, Прибалтика, Сирия, Чехия, Япония, Польша... До цирка я занимался спортивной гимнастикой, достиг определенных результатов и перепрыгнул в цирк. Сначала у меня была акробатическая эксцентрика, а после двадцати я начал набирать обороты в клоунаде.

Клоунада, кстати, очень требовательна к возрасту: юный мальчик клоуном быть не может, только эксцентриком. Клоун должен быть в возрасте, чтобы мог посмотреть в глаза любому человеку, понять, что у него в душе, и сделать шутку, которую воспринял бы человек любого возраста.

Одно время в цирковое училище Минска на клоунаду набирали людей от 21 года, тогда как на любой другой жанр можно было поступить с 16-17 лет.

Клоун — это серьезная профессия.

— Если бы вы не стали клоунами, кем бы вы были?

Н.С.: Трудно себе даже представить. Были далекие детские мечты стать стюардессой...

Ю.Т.: Очень модно и престижно было работать барменом, официантом, таксистом, дальнобойщиком, и слава Богу, что все мои мечты объединились в данный момент. За свою жизнь я перепробовал себя во всех этих профессиях. А что касается профессии дальнобойщика, то мы всю жизнь в разъездах, на колесах.

— Есть ли разница между цирком СССР и нынешним?

Н.С.: Разница есть, и очень большая. Сейчас шикарный балет, костюмы, номера стали подаваться иначе. Клоунские шутки тоже изменились.

Ю.Т.: Допустим, выносим яйцо, говорим публике: "Кооперативное. Рубль двадцать. За штуку" — и двадцать лет назад все смеялись. Сейчас этим никого не удивишь. Да и "Камеди клаб" актуальностью материалов на злобу дня ежедневно всех опережает.

— Хватает ли вам на жизнь? На хлеб с маслом и икрой? Вопрос не праздный — в приморском городе Арсеньеве много лет подряд работает цирковая студия, воспитанники которой мечтают о работе в манеже.

Ю.Т.: На хлеб с маслом зарабатываем точно! А вот кушать бутерброды с икрой у нас впервые получилось лишь во Владивостоке. Многие завидовали: о, там икра дешевая...

Н.С.: А она у вас дороже чем в Москве! Такая же по цене, как в Беларуси.

— Как вообще живет бывшая союзная республика? Довольны ли житье-бытьем братья-славяне из Беларуси?

Ю.Т.: Личное наше мнение — у нас все супер! Нам на родине нравится. У нас порядок, чистые улицы и хорошие дороги, есть социальная защищенность и вера в будущее. Да, зарплаты и пенсии немного ниже, чем в России, но и цены наши существенно, прилично ниже.

Да, иногда приезжие удивляются: мол, у вас многое напоминает жизнь в Союзе... А разве Советский Союз был так уж плох? А с демократией у нас все нормально — я живу в Минске и вижу нашу повседневную белорусскую жизнь не по телевизору...

— В любой программе клоуны выступают между номерами. Вы не чувствуете себя ущемленными?

Ю.Т.: Клоун — это пауза, которая необходима для смены реквизита. И пауза должна быть полноценной.

Н.С.: Есть гордость за то, что пока униформисты сменяют реквизит, ты можешь притянуть на себя внимание зала, чтобы зритель не обращал внимания на работников манежа.

— Чувствуете ли вы, что зрители приходят посмотреть именно на вас?

Ю.Т.: Мы это чувствуем всегда. Раньше был цирк для взрослых и для детей: были детские представления по субботам и воскресеньям в одиннадцать часов, а для взрослых в семь вечера была другая программа с репризами и шутками — иногда, ну... на грани фола. Сейчас этого нет: публика смешанная, и на представления ходят в основном дети, которым интересно выступление животных и клоунов. И именно этим номерам уделяется самое пристальное внимание.

— Вы выступаете с животными, значит, вы еще и дрессировщики?

Ю.Т.: Да, у нас есть лохматые партнеры — пес-танцор и пудель-математик, закончивший Гарвард.

— Выходит, что клоун — это универсальная цирковая профессия?

Н.С.: Так и есть, и так было всегда. Вообще, чем больше клоун владеет трюковой работой разных жанров, тем лучше. В программе должна быть и музыкальная эксцентрика, и хорошо подготовленный экспромт, и акробатика.

Ю.Т.: Но это все оболочка. Главное — это душа. Никто не станет клоуном, если внутри не будет этого стержня, который позволяет смотреть в глаза зрителя и смешить его.

А в конце нашего разговора клоунский дуэт из Беларуси попросил нас передать большой привет ребятам из цирковой студии Арсеньева, с которыми пан Гаврош и Жоржик, кстати, познакомились на представлениях во Владивостокском цирке.

"Русская палка" весь мир покорила

Еще один иностранец программы — белорусский мастер акробатики и руководитель номера "Русская палка" Евгений Вячеславович Курбатов, также ответил на наши вопросы.

— В нашем номере, точнее, нескольких наших номерах нынешней программы Владивостокского цирка "Вокруг света" работают четыре человека, две цирковые семьи. Все мы приехали в ваш цирк и программу из Беларуси. Вместе мы уже лет пять, все наши номера опасные, сложные...

— Как давно вы в цирке?

— Мне 48 лет, из них 20 я в цирке. Мы живем и работаем в Беларуси, но поскольку в республике всего два цирка, в Гомеле и Минске, то чаще мы выступаем в других странах, чем на родине.

— Чем отличается цирк того еще времени от современного?

— Прежде всего новыми технологиями и материалами для реквизита. Что позволяет некоторым артистам не очень напрягаться над номерами, чтобы, например, подпрыгнуть высоко... Умная голова помогает слабым рукам.

— Где лучше всего зрители цирка?

— В Германии публика просто не отпускает артистов из манежа. Орут, свистят, топают, аплодируют... Японцы очень восторженно принимают, но их восторг вежливо-тихий. В России хорошо выступать, если программа сложена удачно.

— Что необычного в вашей "Русской палке"?

— Обычно в манеже на доске подкидывают девочку-девушку килограммов на 40, едва ли 50... А тут выходят крепкие такие мужчины и хорошо сложенная женщина, все одного роста, все в теле, и вдруг начинаются сложнейшие трюки и прыжки...

На доске у нас работает моя жена — мастер спорта по прыжкам на батуте. Пришла в цирк из спорта, потом вышла за меня замуж... Мой партнер Сергей — мастер спорта по спортивной гимнастике, был хорошим спортсменом, а после армии (у нас служат полтора года) вернулся ко мне.

— С чего начиналась ваша судьба в цирке?

— Я пришел в аттракцион Милаева — была такая знаменитая династия, из которой, кстати, вышел один из мужей дочери генсека ЦК КПССС Леонида Ильича Брежнева. Интересно было работать, хотя через год я перешел в другой номер — акробаты на першах, с которым мы выступали даже в Монте-Карло...

С этим номером, кстати, 19 лет тому назад я впервые побывал во Владивостоке и вашем цирке — по пути в Японию. А сейчас наш путь продолжат гастроли в Хабаровске, но это еще не скоро. Так что приглашаем в цирк, приходите, приезжайте, не пожалеете...

«Прогресс Приморья», № 8 (121) от 03.03.2011 г.

Александр Васейкин

 
АТЭС
Опрос:
В каком состоянии, по-вашему, находится машиностроение Приморского края?
Допускается выбрать 2 варианта одновременно